проза
стихи
альбом
Статьи
другое
    Василина Орлова     
 
Неорусская доктрина

Церковь представляет проект модернизации для всего государства
стр. 1

 

  почта
  блог
  ссылки

 


1
2
3

 

'Русская доктрина' - это сформулированный два с лишним года назад и предлагаемый сегодня 'прогрессивным', 'передовым' крылом Русской православной церкви проект модернизации государства на основе реинтерпретированных традиционных ценностей. В августе 2007 года в Отделе внешних церковных связей состоялись соборные слушания Всемирного русского народного собора, посвященные обсуждению этого проекта. Разработчикам были вручены дипломы с формулировками 'за творческий вклад в модернизацию государства'. Не за разработку доктрины, а за саму модернизацию, поскольку, по мнению многих присутствовавших, некоторые положения труда в той или иной форме свое воплощение уже обрели. Слушания прошли под председательством митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла (Гундяева) и председателя Союза писателей России Валерия Ганичева.

Идеологическая программа РПЦ

В России Церковь сегодня выступает, как какая-нибудь политическая партия, с соцветием идеологем. С программой, которая выходит за политические рамки, но, несомненно, содержит и политическую составляющую. И надо признать, что текст ее подготовлен с привлечением определенного круга экспертов и с гораздо более широкими притязаниями на 'реставрацию будущего', чем многие другие, собственно партийные, программы. Вспомогательный документ - 'Тезисы РД' - отрицает всякую партийность и политтехнологичность доктрины. Но помимо того, что это очевидно противоречит истине, какая же вообще может быть идеология без социального слоя или класса, чьи устремления она конденсирует, без притязания на политическое влияние или без более или менее оформленной программы?

Партии как устойчивые тренды как будто не до конца сформировались у нас в стране: программы одних 'Россий', которых на слуху не менее трех, пока еще невнятны настолько, что вырванные из контекста положения одной легко можно приписать другой и это даже не будет ошибкой. Более того, имеющиеся программы выполняют декоративную функцию: редкий избиратель долетит до середины Днепра и ознакомится с каким-нибудь проектом; он выбирает, скорее, по велению души, по сердечной склонности. А уж сравнивают программы, вероятно, одни лишь политтехнологи, да и те по долгу нелегкой службы. К слову, в мае минувшего года 'Великая Россия', которая так и не была зарегистрирована и выбыла из числа участников предвыборной гонки, чуть не приняла 'Русскую доктрину' в качестве своего идеологического фундамента.

Сейчас этот проект представляет РПЦ. Надо признать, что данный проект довольно ярок и заслуживает серьезного внимания как единомышленников, так и противников похода Церкви во власть. Противников этих довольно много - все посягательства Церкви выйти за какие-то рамки, очерченные заранее кем-то более широко, встречают со стороны гражданского общества отпор: какая еще вам нужна идеология? Мы, мол, к вам не лезем с опровержениями бытия Бога, и вы в политику не суйтесь. У митрополита Кирилла на это готов ответ: невозможно загнать Церковь в резервацию, и как ни пытаются инициаторы всякого рода открытых писем - то патриарху, как возмутитель спокойствия епископ Диомид (Дзюбан), то президенту, как нобелевский лауреат академик Виталий Гинзбург с другими академиками, - все эти попытки - сплошная заказуха и провокация.

Вообще Церковь едва ли может отказаться от своих, в самой ее природе заложенных качеств - от способности влиять на жизнь общества. Последнее может принимать эти попытки или отвергать их, но лишить Церковь этого свойства оно не в состоянии. Ситуацию подогревает перспектива закрепления в собственности религиозных организаций того имущества, которым они пока пользуются бессрочно. Периодически СМИ пугают засекуляризировавшееся общество, что вот-вот Церковь по своим богатствам сравняется с 'Газпромом' и РЖД. А если еще введут в школах обязательный предмет - 'Основы православной культуры', - то мир изменится до неузнаваемости.

И вот на таком фоне митрополит Кирилл представил 'Русскую доктрину' и наградил ее разработчиков. Нет возможности здесь рассматривать больной вопрос, имеет ли моральное право современная Церковь представлять проект для всего государства, - мы имеем дело с тем, что имеем. Обратимся к документу. Полноценный анализ этого труда - дело многих специалистов, поскольку труд прежде всего невероятно крупный по объему и масштабный по подразумеваемым задачам. Он поражает, в частности, и своим титаническим многословием: его пресловутая восьмисотстраничность, предъявляемая как достижение, удивляет. Иногда складывается впечатление, что авторы страдают желанием разъяснить по второму и третьему разу то, что читатель давно уже понял.

В этом своем желании они не устают повторять, в общем-то, справедливые вещи, которые сегодня, однако, стали общим местом. Например, то, что Запад никогда не признает Россию и русских за своих. Вместе с тем все это смешивается в невообразимой пропорции с элементами феерического абсурда, без которого в русской философии никуда. А что программа кроме политической еще и философская - ясно уже по изумительному лексическому строю, в естественных границах которого Фукуяма пишет не что иное, как 'опусы', а сами авторы апеллируют к 'мудрым' и 'прозорливым'. Надо принять во внимание еще поэтический 'нордический' стиль, напоминающий стихи с корявыми рифмами, которые в конце 90-х обильно читались со сцен московских клубов. 'Наступает время равноденственных бурь, зарождается мировой тайфун. Старый мир умирает. В крови и муках нарождается новый миропорядок', - угадайте: это отрывок из прозы, как говорится, широко известного в узких кругах поэта Сергея Яшина или из церковной программы нового миропорядка?

Круг действительно серьезных критиков РД, таким образом, сужается до малого кружка тех, кому не так уж тошен труд упорный, тех, кто способен выискивать в безбрежном собрании пестрых глав неизбежные противоречия. Еще один отряд критиков, вероятно, падет жертвой идиосинкразии с первых страниц, на которых государство 'под названием Российская Федерация' прямо с лету объявляется нежизнеспособным, а вот Россия - если не центром мира, то 'центром равновесия (или центром тяжести)', а также родиной всевозможных слонов. И наконец, ряд самых доброжелательных читателей, вероятных сторонников, скорее всего, оттолкнет патетическая интонация, единообразие которой просто удивительно для такого широкого круга авторов. Именно тон, которым написана 'Русская доктрина', сложен для восприятия - нынешние поколения постсоветских людей, так и не заживших при коммунизме, почти органически не способны воспринимать речи, выдержанные в завирально-торжественном ключе без оттенка самоиронии.

Возможно, для достижения большего эффекта имело бы смысл выдержать какие-то положения в более сжатом виде. Но в сжатом - создателям неинтересно. Представляется, что это многословие - от неспособности выразиться лапидарно или из боязни, что кратко высказанная мысль оставит жалкое впечатление своей тривиальностью. К тому же всегда можно сказать: 'Вы критикуете РД - а вы ее читали?' И ответ 'Ниасилил', как нынче выражаются в Интернете, будет явно не в вашу пользу.

Впрочем, идея, лежащая в основе труда, изначально была именно такова: всеобъемлющая, разветвленная, всеохватная и конкретная доктрина. То есть, как выразился митрополит Кирилл на слушаниях, 'если перевести с папуасского, учение'.

 

© Василина Орлова
оформление   © Семён Расторгуев

«Политический класс» №1, 2008


адрес статьи: http://vassilina.cih.ru/166.html

→ следущая страница
 
 
 

logo
Василина Орлова

 

дизайн сайта:
радизайн


© 2008


cih.ru

→ следущая статья